С Андреем Саковичем я познакомилась лет пять назад, когда он принес в редакцию фото, сделанные в окрестностях Жодино. Нас поразили его снимки. Особенно восхитили кадры живой природы: уж заглатывает лягушку, дятел лечит дерево, раненый ворон. Многие его фотографии жодинцы видели на страницах «ЖН». А недавно стало известно, что Андрей вот уже несколько лет увлечен, причем очень серьезно, коллекционированием старых часов.

Сейчас Сакович собирает редкие совесткие часы, которые стояли на столах секретарей обкомов.

Мы в гостях у коллекционера. Часы в квартире Андрея повсюду: висят на стенах, стоят в шкафах, на столах, лежат в комоде и во всевозможных ящичках. Старинные настенные с боем, с тяжелыми гирьками, в резных корпусах, советские в обрамлении мореного дуба и карельской березы  – все перечислить невозможно.

– Когда увлеклись коллекционированием? Где находите столь интересные экземпляры?

– Как-то зимой, года три назад, выдалось много свободного времени. Дома как раз были неисправные часы. Взялся их отремонтировать, получилось. Еще одни попались на глаза – тоже затикали. Так увлекся, что стал искать в интернете, где можно купить старые разобранные часы, чтобы поколдовать над очередным механизмом. Оказалось, что таких площадок множество. С тех пор я с увлечением ищу новые экземпляры, чтобы дать им вторую жизнь.

Сколько всего часов в его коллекции, Андрей сказать не смог. Их десятки. И большинство исправно работают. В числе редких – немецкие напольные и настенные, сделанные в прошлом и позапрошлом веках. Какие часы в коллекции самые старые, Андрей пока не определил. Дело в том, что несколько очень старых механизмов находятся в процессе реставрации, а год их рождения можно узнать, разобрав практически до винтика.

Эти часы собрал отец Андрея. Корпуса –
из ценных пород дерева.

– А что с фотографией? Не забросили ли увлечение, в котором вы настоящий профи?

– Нет, конечно. Это зимой я – часовых дел мастер, а летом – фотограф. Мы с женой объездили все окрестности Жодино, побывали в разных уголках Беларуси. По-прежнему люблю фотографировать природу, родной город. Сколько помню себя, столько снимаю. Первый фотоаппарат «Смена» был взят в прокате. Когда родители убедились в серьезности моего увлечения, купили «Зенит».

Кстати, и фотоаппараты Андрей тоже стал собирать. Есть очень редкие, например, «Москва-5» с выдвижным объективом. Экземпляр хоть и не столь древний, но все же эксклюзив. И тоже в рабочем состоянии.

Нескольк фактов из биографии Андрея

Родился в Жодино, окончил СШ № 1, ПТУ-75, училище крановщиков в Минске, ушел в армию, служил на севере, на полигоне «Плисецкий». Когда вернулся на гражданку, отец предложил устроиться на работу на ТЭЦ, где сам трудился машинистом турбины. Андрей так и сделал, о чем ни разу не пожалел. Сначала он был помощником у отца, затем, когда тот ушел на пенсию, заменил его у турбины – стал машинистом, позже – старшим машинистом. Он любит свою работу, понимает ее важность и специфику, заключающуюся в контроле работы турбины, которая подает тепло и энергию в наши квартиры. А еще гордится тем, что продолжил династию Саковичей на ТЭЦ.

Кстати, отец Андрея Михаил также увлечен часами: он их не только ремонтировал всю жизнь, но и делал корпуса из редких пород дерева. Особенно много из карельской березы. Меня этот факт удивил: неужели из Карелии? Оказалось, что в наших краях вдоль Екатерининского тракта были заросли редкого вида березы. Правда, это было давно.

Свое увлечение коллекционированием Андрей не сопоставляет с отцовским умением ремонтировать часы и изготовлять корпуса. «Это совсем другое, связанное с историей, поиском раритетов», – пояснил он. И действительно, мужчина не просто собирает часы, а интересуется историей каждого экземпляра, производителем, тонкостями конструкции, дизайном. Среди них есть такие, которые продавались только в странах социалистического лагеря: Польше, Чехословакии, ГДР. Есть редкие часы из 60-х. Они механические, но с батарейкой: заводятся каждые 12 часов. Можно установить время, число, месяц.

К увлечению Андрея его жена Мария относится с пониманием. Она видит, насколько муж поглощен сборкой сложных механизмов. Женщина участвует в поисках в интернете и радуется, когда часы «оживают». Она уже не представляет дом без красивого и мелодичного боя и даже не против отдать одну комнату под мини-музей и мастерскую для мужа.

Самыми ценными экземплярами Андрей считает несколько немецких часов, над которыми трудится. Только начав реконструкцию, мастер узнает, когда они были сделаны.

– Хотели бы организовать выставку своих часов?

– Пока рано говорить об этом. Сначала нужно описать всю коллекцию, каждый экземпляр. Да и перевозки с места на место часы не любят. Можно безвозвратно потерять ценные экземпляры.

Немецкие часы с боем.

– Считаете ли вы, что коллекционирование старинных часов – это своего рода инвестиция?

– Поверьте, когда ищу и ремонтирую механизмы, о деньгах я не думаю. В то же время понимаю, что такие часы не дешевеют. В отличие от любых новых моделей, они уникальны, и в этом их ценность.

– Любая коллекция требует ухода. Легко ли это?

– Действительно, за часами нужен уход. Их надо чистить, смазывать, заводить, наконец. Есть такие, которые идут всего сутки. Сделал и забыл – это не про часы. Но эта работа приносит мне непередаваемое удовольствие.

– Говорят, счастливые часов не наблюдают. А вы?

– А я вот наблюдаю! И от этого счастлив!

 

Лилия АЛЕХНОВИЧ

 

Сейчас Сакович собирает редкие совесткие часы, которые стояли на столах секретарей обкомов.

 

Эти часы собрал отец Андрея. Корпуса –

из ценных пород дерева.

 

Старые советские часы с календарем и часы «Хозяйка медной горы».

 

Немецкие часы с боем.

 

Еще одни немецкие часы прошлого века. 

 

Самыми ценными экземплярами Андрей считает несколько немецких часов, над которыми трудится. Только начав реконструкцию, мастер узнает, когда они были сделаны.

 

В коллекции несколько случайных экспонатов – две кофемолки (знакомый привез из Голландии), старинный телефон (оказался новоделом из Сингапура), который находится в рабочем состоянии.

 

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here