Как известно, недавно на заседании Евразийского межправительственного совета премьер-министр России Дмитрий Медведев попытался отделить вопрос российско-белорусского спора о ценах на газ от вопросов евразийской интеграции. Прозвучало, что Беларусь в составе ЕАЭС имеет ценовые преимущества по покупке российского газа, и дважды было отмечено, в первый раз намеком, а во второй раз напрямую, что в ЕАЭС Беларусь никто насильно не держит. Действительно ли Россия больше не нуждается в Республике Беларусь как в партнере по евразийским процессам и может ли себе Москва позволить утратить такого союзника, как Беларусь?

Представим гипотетически, что предложение Дмитрия Медведева о выходе было сделано всерьез, а не, как можно предположить, всего лишь в пылу спора, чтобы усилить аргументы российской стороны. Какова была бы цена выхода Беларуси для Москвы из евразийских интеграционных процессов?

Прежде всего, необходимо понимать, что создание ЕАЭС стало высшей точкой реализации интеграционных проектов на постсоветском пространстве. К нему шли четверть века, и все другие проекты (ТС, ЕЭП, ЕврАзЭС, Союзное государство), по  сути, имели подготовительный характер. Несмотря на то, что в Союзном государстве глубина интеграционных процессов значительно глубже, чем запланировано в ЕАЭС на ближайшие пять лет, значение ЕАЭС в том, что в нем принимает участие уже третья часть бывших республик СССР, сфера действия по видам кооперации значительно шире, чем было в ЕЭП, ТС или ЕврАзЭС, и Москва предпринимает значительные усилия, чтобы число стран-участниц стало существенно больше. Исходя из этого, выход Беларуси из ЕАЭС нанесет серьезный удар по важнейшему интеграционному проекту России за последние четверть века. Он резко усилит опасения других, небольших по сравнению с Россией, стран о возможности эффективно защищать свои интересы в евразийском интеграционном проекте и отразится на их желании к нему присоединяться.

Если посмотреть на сухие цифры, все кажется не так страшно – ЕАЭС утратит с уходом Беларуси  9,5 миллиона населения (5,3 % от всего населения ЕАЭС), 4 % экономики, и 1 % территории. Но все иначе, если посмотреть по качественным параметрам. Население Беларуси  имеет в ЕАЭС наибольшую долю работающих в производстве инженеров и квалифицированных рабочих и должно сыграть важнейшую роль в планах развития промышленности пяти участвующих в евразийской интеграции экономик. Сотни промышленных предприятий Беларуси по-прежнему являются сборочным цехом  России, потребляя комплектующие, сделанные на российской территории, и обеспечивая заказами миллионы российских рабочих. Учтем также, что военно-промышленный комплекс Беларуси играет очень важную роль в обеспечении национальной безопасности России. По совокупности всего вышеуказанного отнюдь не  случайно товарооборот России с Беларусью составляет почти половину российского товарооборота со всеми странами СНГ. Уход белорусской промышленности с общего рынка нанесет мощный удар по перспективам модернизации и рынкам сбыта российской промышленности.

Что касается территории, кажущейся незначительной по сравнению с огромными российскими и казахстанскими масштабами, то это тоже не так. Это ключевой плацдарм в центре Европы, и Беларусь по размеру лишь на треть меньше Великобритании с ее 65 миллионами жителей. Это также земля, бесценная для России с точки зрения военно-стратегических параметров, – совсем не лишние 500 километров, дополнительно отделяющие столицу России и наиболее густонаселенную российскую территорию от набравшего за четверть века новых членов НАТО. Это дружественная страна, приближающая Российскую Федерацию к ее важному анклаву – Калининграду. Это единственное в мире, кроме самой России, государство, в котором русский язык является государственным языком. Это территория, по которой на экспорт идут российские энергоресурсы в Европейский Союз, и важнейшая часть логистических маршрутов по поставкам товаров из Евросоюза на российский рынок. В будущем Беларусь также станет неотъемлемой частью китайского проекта «Один пояс – один путь», при условии исправного функционирования которого, Россия – самая протяженная часть этого амбициозного проекта КНР – сможет получить сотни миллиардов долларов инвестиций.

И это только часть тех преимуществ, что имеет Россия, числя Беларусь в составе ЕАЭС. Именно поэтому Президент Владимир Путин 28 февраля отметил, комментируя отношения с Беларусью: «Споры всегда есть. Я уверен, что мы найдем выход из любых, даже, казалось бы, очень трудных ситуаций».

Самое важное, что в сценарии выхода не заинтересована и сама Беларусь. В 1990-х годах на Россию была сделана важнейшая ставка в качестве выбора главного партнера. Резкий разрыв политических и экономических связей с основным политическим и торговым союзником не принесет ничего хорошего и Беларуси. Под угрозой закрытия окажутся сотни промышленных производств, которые еще во времена СССР строились с ориентацией на российский рынок. В турбулентном глобальном мире белорусское государство заинтересовано иметь глубокую кооперацию с проверенным в течение столетий партнером, обладающим в том числе и военной мощью для защиты белорусского суверенитета. Мечтой Минска является способность Москвы понять, что уязвимость Беларуси от поставок сырья (и разумных цен на него) и российского рынка сбыта не должна использоваться во вред белорусской экономике. Потому что они существуют в результате сделанного в 1990-х политического выбора на ориентацию на Россию. Многие страны, сделавшие другой выбор, в результате резко перестроили свою экономику, перестали нуждаться в прежних объемах российского сырья, закрыли ориентированные на рынок России крупные производства. Но в результате Москве крайне сложно сейчас поладить с Вильнюсом и Ригой, Таллином и Тбилиси. И их роль сейчас очень велика в поддержании плохого отношения к России у Запада, что наносит большой урон российской экономике. «Нужно ли Москве перестраивать отношения с Минском по подобной модели?» – вопрос риторический.

Сергей Кизима, доктор политических наук

 

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here