Приближается памятная дата – День независимости и освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков. И по традиции в эти праздничные дни мы вспоминаем наших славных партизан, их героическую борьбу в тылу врага, чествуем ветеранов Великой отечественной войны. Мне хочется рассказать об одном из героев партизанского движения – Михаиле Викторовиче Ханкевиче, имя которого в силу определенных обстоятельств сначала было засекречено, а потом оказалось забытым.

Ханкевич Михаил

В 1943 году партизанский фронт в тылу врага превратился в мощную силу, он оттягивал с Восточного фронта немцев все больше и больше воинских подразделений. А сведения, поставляемые партизанскими разведчиками и связными из глубокого тыла, были бесценны и порой играли решающую роль при планировании операций Красной Армии.

Гимназистки в гостях у Аллы Михайловны Симончик_6291

Особо ценную информацию поставляли те, кто работал непосредственно в стане врага. В Жодино таким был волостной старшина Михаил Ханкевич. Его считали предателем, немецким прислужником, и лишь немногие знали, что выполнял он эту работу не по своей воле, а по заданию коммунистической партии. В июне 1944 года немцы разоблачили Ханкевича, за десять дней до освобождения Жодино он был арестован и увезен в Борисовскую тюрьму. Больше его никто никогда не видел.

К сожалению, даже сегодня, спустя более 70 лет после окончания войны, о жизни и деятельности Михаила Ханкевича известно совсем немного. Информацию пришлось добывать буквально по крупицам. В Национальном архиве Беларуси сохранилось несколько документов, написанных героем собственноручно: его автобиография, подписка о сотрудничестве с органами подпольного НКВД Минской области, а также личный листок учета партизан и характеристика, подписанная командованием партизанской бригады «Смерть фашизму». В фондах Жодинского краеведческого музея хранятся мемуарные источники с воспоминаниями людей, переживших оккупацию, в которых нередко встречается имя Михаила Ханкевича, они немного проливают свет на отдельные эпизоды его биографии.

Удалось разыскать дочь Михаила Викторовича – Аллу Михайловну Симончик (на фото). В годы войны она была совсем маленькой и отца своего помнит плохо. Зато она хорошо запомнила, как тяжело жилось семье после войны. Не имея возможности построить дом, они много лет ютились в тесной землянке: мать Екатерина Вильгельмовна, четверо детей и бабушка Александра Савельевна Козловская. Детям не выплачивалось пособие по потере кормильца, Екатерину Вильгельмовну нигде не хотели брать на работу, пришлось работать в колхозе на полевых за трудодни. Чтобы не умереть с голоду, дети вынуждены были порой ходить с сумой по деревням. Об образовании не могло быть и речи. Старший сын, приписав себе два года, уже в 16 лет пошел работать подсобным рабочим на стройку. Это несколько облегчило положение семьи. И в тот момент, когда дети стали уже более самостоятельными, Екатерина Вильгельмовна, не выдержав несправедливости, покончила с собой.

Так трагически закончилась жизнь Михаила Ханкевича и его верной жены и помощницы Екатерины Вильгельмовны. О них потихоньку забыли. Однако эти люди заслужили к себе другого отношения. Хочется верить, что данная публикация поможет восстановить справедливость и имя партизанского связного бригады «Смерть фашизму» Михаила Ханкевича займет достойное место в летописи нашего города.

Жизнь Михаила Викторовича Ханкевича до войны была ничем не примечательна. Родился он в 1913 году в деревне Яловка Жодинской волости. Как следует из его автобиографии, написанной 5 февраля 1943 года, отец в этом же году уехал на заработки в Америку, да так и пропал. Жили они с матерью небогато. Как и большинство детей того времени, Миша с малолетства начал трудиться. Сначала помогал матери по хозяйству, а когда стал постарше – работал пастушком. Но пришло время вступать в новую, взрослую жизнь. Надо было определяться с профессией. В 1931 году в возрасте 18 лет Михаил поступил в Минскую железнодорожную профессиональную школу и выучился на кузнеца. По окончании школы какое-то время работал по специальности.

В Минске тем временем набирала темп индустриализация. Строились новые заводы и фабрики, требовались рабочие руки. И Михаил решил поменять профессию на более перспективную – пошел учеником токаря на Минский станкостроительный завод. Быстро освоив новое дело, работал токарем на заводе до самого начала войны. В Минске познакомился с девушкой из семьи поволжских немцев. Дружба переросла в большую любовь. Вскоре они поженились. В 1941 году у них с Катей было уже трое детей.

Когда началась война и фашистские самолеты стали бомбить Минск, Михаил посчитал, что на это неспокойное время лучше перевезти семью на родину, в деревню. Уезжали налегке, надеясь скоро вернуться. Никто не думал, что война затянется надолго и что ему предстоит сыграть в этой войне свою самую важную роль.

Деревня Яловка находится в пяти-шести километрах от железнодорожной станции Жодино. Небольшая. В 1941 году здесь числилось всего 17 дворов. Население занималось земледелием. Работала кузница. Дети ходили учиться в Жодинскую школу. Одним словом, люди хорошо друг друга знали. Знали, кому можно доверять, а кого лучше поостеречься. Поэтому, когда в начале 1943 года появилась вакансия старшины Жодинской волости, командование партизанской бригады «Смерть фашизму» решило направить сюда своего человека – связного Михаила Ханкевича. Кандидатура самая подходящая: он местный, жена – немка, владеет немецким языком, легко может быть переводчиком.

Через агентурную сеть (а к началу 1943 года в Жодино уже была создана разветвленная сеть связных и агентурных разведчиков бригады «Смерть фашизму», помощником коменданта немецкого гарнизона работал внедренный агент Владимир Артинович) кандидатура Ханкевича была предложена немцам. Вскоре Михаила Викторовича вызвали в Смолевичскую районную управу для собеседования. Начальник Смолевичской районной управы был доволен: предложенная кандидатура ему понравилась. Начался сбор документов. Сразу же после собеседования 5 февраля 1943 года Михаил пишет свою автобиографию. 8 февраля его вызвали в районную управу для подачи заявления и заполнения личной анкеты. Наконец, все документы собраны и отправлены в Минск в Окружной комиссариат на утверждение. Не дожидаясь решения окружного комиссара, Михаил Ханкевич приступил к своим обязанностям. И когда уже стало понятно, что немецкое командование утвердит его кандидатуру, подпольный НКВД Минской области предложил Михаилу дать подписку о гарантиях работы в пользу партизан и органов НКВД. Приведем этот документ полностью:

 

«НКВД Минской области. 23.II.43 г.

ПОДПИСКА

Я, старшина Жодинской волости, уроженец д. Авангард рождения 1913 года Ханкевич Михаил Викторович, обязуюсь работать на пользу красным партизанам и органам НКВД. Помогать буду всем до полной победы Красной Армии. 1) Выкрывать всех шпионов, которые доносят на мирных жителей из деревень, работающих в пользу немцев. 2) Давать разведывательные данные о количественном соотношении немцев и их действиях. 3) Рассказывать красным партизанам все дела волости, все документы. 4)Передавать некоторые ценные документы. 23 февраля 1943 г.».

 

27 февраля начальник Смолевичской районной управы получил решение окружного комиссара относительно назначения старшины Жодинской волости. «…В качестве старшины Жодинской волости этим утверждается Ханкевич Михась», – говорится в документе. Вместе с письмом поступила грамота о назначении для вручения ее вновь назначенному старшине, а также служебное обязательство, которое необходимо было подписать и вернуть окружному комиссару.

Волостная управа в первые годы оккупации размещалась в здании сельсовета на Московском тракте. Семья Ханкевича перебралась из Яловки в Жодино. Жили у родственников на квартире. Помощником вновь назначенного волостного старшины был Владимир Рыжанович. А секретарем командование партизанской бригады «Разгром» внедрило своего агента жителя села Жодино Михаила Сергеевича Сушко. Все трое в той или иной степени были связаны с партизанским движением.

Деятельность секретных агентов была хорошо законспирирована, поэтому узнать о том, какую работу выполнял для партизан Михаил Ханкевич, можно только из его личной характеристики, хранящейся в Национальном архиве Беларуси.

«М.В. Ханкевич послан бригадой «Смерть фашизму» в Жодинский сельсовет на должность старосты волости с целью получения нелегальных документов для партизан…, – говорится в документе. –

1) Им было выдано много документов партизанам, а также устроено на ответственную работу (на железную дорогу в Минск, Борисов).

2) Он похищал с немецких гарнизонов оружие, боеприпасы, передавал все партизанам.

3) Направил в партизаны с оружием в руках военнопленных, а также и лиц, служивших в немецкой армии, но желающих перейти в партизаны.

Товарищ Ханкевич показал себя дисциплинированным, конспиративным, преданным защитником Родины».

Характеристика заверена заместителем командира бригады Якимовичем.

Читая документ, невольно ловишь себя на мысли, что этот человек практически каждый день рисковал своей жизнью. И, судя по всему, меньше всего думал о себе, когда надо было спасать людей.

Из воспоминаний бывшей партизанки, врача бригады «Смерть фашизму» Марии Юльяновны Силич:

«Про Ханкевича слышала только хорошее. Говорили, что он помогал партизанам, но со мной связан не был. Я как медработник часто к нему обращалась за подводой для перевозки больных и раненых. Он никогда не отказывал…»

Бывали и опасные ситуации, когда в случае неудачи могло погибнуть много людей, включая самого Ханкевича. Но и в этих случаях ему удавалось добиться успеха. Вот что рассказала уроженка деревни Судобовка Жодинского сельсовета Александра Артемовна Козловская:

«Судобовка считалась партизанской деревней. Как-то партизаны убили неподалеку двух немцев. Немцы решили в отместку спалить Судобовку. С раннего утра и до позднего вечера Михаил Викторович и Екатерина Вильгельмовна вели с ними переговоры, убеждали, что жители деревни ни в чем не повинны. И это им удалось. Чтобы откупиться, люди сносили немцам, кто что мог.

Помню еще один случай: тогда Екатерина Вильгельмовна спасла наших военнопленных от расстрела, убедив немцев, что это местные жители. Даже нашлись с ее помощью «родственники» пленных солдат… Она нас спасала, а вот мы не уберегли ее. После войны, оставшись с четырьмя детьми на руках, она не могла устроиться на работу, получить пособие на детей. Дети и жена предателя, полицая – так считали многие. Не выдержав всего этого, она покончила с собой».

А вот воспоминания Нины Ивановны Камоцкой, жительницы деревни Яловка, которая считает, что если бы не Екатерина Вильгельмовна, то ее родная деревня сгорела бы вместе с жителями:

«Согнали нас тогда всех к бане. Так как наша Яловка расположена  недалеко от железной дороги, нас обвиняли в гибели нескольких немцев. Жена Ханкевича стала объяснять, что никто из деревенских этого сделать не мог, что ни у кого нет оружия. И только после тщательного обыска, ничего не обнаружив, немцы отпустили нас».

Из воспоминаний Ядвиги Ивановны Семенюк:

«Я работала в волости уборщицей. Был Гайт начальник волости. Я, бывало, утром приду, письма, записочки все просмотрю. Четыре пропуска у него выпросила, чернила брала – мать просила.

Печатная машинка была в волости. А Семенюк, муж мой, был сторожем. И договорились они с партизанами, что они придут за машинкой, а он им откроет волость. В 1943 году это было. И вот пришли партизаны и унесли машинку. И тогда забрали немцы Семенюка. А я в положении была, Марийкой. Трое суток Семенюк отсидел, а уже Ханкевич был старшиной волости. Его жена (они жили около сельсовета) заступилась за моего, и его выпустили».

Надо заметить, что любопытство Ядвиги Ивановны было не праздным. Всю важную информацию, добытую в волости, она через связную Софью Орловскую передавала партизанам бригады «Смерть фашизму».

Можно предположить, что Александр Аксенович являлся связным между волостным старшиной Ханкевичем и партизанами. Достоверно известно, что он был связан как минимум с двумя партизанскими бригадами: «Смерть фашизму» и «Разгром». Судьба Аксеновича сложилась трагически. Фашистам удалось напасть на след Жодинского подполья. 30 октября 1943 года 23 подпольщика были арестованы и после жестоких допросов в Борисовской тюрьме казнены. В их числе Александр Сидорович Аксенович. Память о жодинских патриотах увековечена. В 2012 году на здании железнодорожного вокзала была установлена мемориальная доска.

Связными у Ханкевича были также жители деревни Яловица Жодинского сельсовета муж и жена Байко – Антон Михайлович и Татьяна Петровна. О них упоминает в своей книге «Суровая быль» И. Л. Сацункевич, бывший комиссар партизанского отряда «Разгром» бригады «Разгром». Он сообщает, что Антон Байко являлся одним из организаторов и участников патриотической группы в деревне Яловица.

Вот что сообщили муж и жена Байко:

«Хорошо была налажена связь со старостой волости Ханкевичем Михаилом. Очень много добрых дел на счету у этого человека. Пропуска, паспорта, добытые им, помогли удачно осуществить не одну операцию. Но нашелся предатель, который выдал Ханкевича. Позже мы узнали, что его, Ханкевича, казнили в Борисовской тюрьме».

Из архивных документов известно, что первый раз Михаила арестовали по подозрению в связи с партизанами 8 ноября 1943 года, после того, как 7 ноября над зданием волости утром был обнаружен развевающийся красный флаг, а по всему селу разбросаны партизанские листовки. Но прямых улик не было, и Ханкевича отпустили. Однако прежнего доверия у оккупантов к жодинскому волостному старшине уже не было. Он это почувствовал и сам.

Из воспоминаний Галины Ивановны Барсук:

«Ханкевич был связан с партизанами. Но его раскрыли. В последние дни перед приходом наших его забрали немцы. Заехали на двор немцы на двух лошадях, схватили Ханкевича и увезли. А он как чувствовал. Свою картошку засыпал к нам в погреб. Сказал, если немцы придут забирать, то все отдать и не сопротивляться. И немцы действительно приходили. Эсесовцы в черных рубашках и пилотках. Рукава закатаны. Маме велели лезть в погреб и набирать картошку. А я испугалась, над погребом наклоняюсь и прошусь к маме. Но немцы нас не обидели. И забрали не всю картошку, а только несколько лукошек. Остальное осталось у нас».

Согласно данных Национального архива Республики Беларусь, арест Михаила Ханкевича произошел 22 июня 1944 года. Он числится пропавшим без вести. А по свидетельству местных жителей, немцы отвезли его в Борисовскую тюрьму, откуда он уже не вернулся.

Вступая в ряды борцов с немецко-фашистскими оккупантами, Михаил Викторович Ханкевич понимал, на какой риск он идет, и даже предвидел, что его жизнь может закончиться именно так, но он до конца исполнил свой долг перед Родиной и погиб мученической смертью во имя Великой Победы. И уже этим обессмертил свое имя для потомков. И заслужил вечную память и благодарность. Низкий поклон всем погибшим, кто пролил кровь во имя жизни.

 

 

Галина Анискевич,

Екатерина Приходько,

Жодинская женская гимназия

 

 

 

 

 

 

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here