«Об этой трагедии никто никогда не писал со времен войны. Я хочу рассказать людям, как зверствовали фашисты на нашей земле, как героически гибли мои земляки, защищая Родину», – с такими словами обратился в редакцию житель нашего города Михаил Евгеньевич Цегалко. Забыть о сожженных на его глазах партизанах, о погибших односельчанах он за 70 лет так и не смог…

Родился Михаил Цегалко в деревне Ручье Вилейского района. В 1944 году – именно об этом периоде Великой Отечественной войны наш рассказ, ему было всего десять лет. До мельчайших подробностей запечатлелись в его памяти те роковые дни.

Был май 1944 года. До освобождения Беларуси оставались считанные дни.

Вот что он рассказал:

– На заре 20 мая двое партизан из отряда имени Кутузова заминировали дорогу между деревнями Ручье и Мильча. Часов в 11-12 со стороны Мильчи показался немецкий обоз, для которого партизаны и приготовили «сюрприз». Но вражеская разведка заметила мины и обошла их. Вскоре деревня была окружена, а затем занята фашистами. Многие жители уйти в лес не успели. Немцы по-хозяйски расположились в лучших хатах. Наш дом был занят под немецкий штаб, а потому меня, брата и бабушку – Юлию Романовну Цегалко, выгнали в пристройку. Здесь мы и жили до освобождения.

Во дворе дома Цегалко стояли три машины, две были загружены боеприпасами. Немцы провели телефон и стали рыть окопы. На окраине деревни установили несколько артиллерийских пушек и десяток пулеметов. Позиция на возвышенности получилась удачная: отсюда был хороший обзор для артобстрела деревень Поповцы, Саковичи, других населенных пунктов, где по данным их разведки дислоцировались партизаны. Было видно, что враги готовятся к наступлению.

Из воспоминаний Михаила Цегалко:

– С собой немцы привезли двух девушек-партизанок. Долго их пытали, били. А вскоре одну из них куда-то увезли. Больше мы ее не видели. Вторую звали Мария. Невозможно описать, какие мучения она вынесла. Но девушку не сломили. Она гордо говорила: «Я – партизанка!» Бросала в лицо фашистам: «Скоро придет Красная Армия и могилой вам будет наша земля!» Несколько раз Мария пыталась бежать, но неудачно. Однажды ее спрятала бабушка в пристройке. Но фашисты нашли беглянку и сильно избили.

Наладив переправу через реку Вилия (между деревнями Мильча и Поповцы), немцы перешли в наступление на партизан. Так началась блокада 1944 года. Кроме военных действий, захватчики ежедневно привозили на машинах скот, резали его, увозили на станцию и отправляли на запад. А однажды под вечер привезли пленных партизан.

Тяжело дается рассказ Михаилу Цегалко, но он помнит все:

– Мы с братом в этот день рано уснули на печи и немцы нас не заметили. Бабушку они выгнали из дома. Ночью мы проснулись от крика. Фашисты допрашивали одного из партизан. Мы сидели тихо и не шевелились. Но глаз не могли оторвать от происходящего. Партизана били очень сильно. Допрос шел долго. Спрашивали о партизанах и командирах. Кроме того, что он житель деревни Саковичи, немцы от него так ничего и не узнали. Наутро пытали остальных партизан, но этого мы уже не видели: нам удалось выскользнуть, пока немцы спали. Моя тетка Татьяна Антоновна, которую немцы заставили мыть пол, рассказала, что вся комната была залита кровью.

22 мая – этот день Михаил Евгеньевич не забудет никогда – немцы подожгли баню, где были заперты партизаны. Спастись из этого пекла было невозможно. Для верности вражеские солдаты забросали постройку гранатами.

– Когда немцы ушли, мы подошли к догорающей бане: думали, а вдруг… Когда увидели обгоревшие тела, очень испугались и удрали с этого страшного места, – вспоминает очевидец.

Немцы ушли, забрав с собой мужчин, которые не успели скрыться в лесу. Они двинулись на деревню Дальва. Там разыгралась трагедия еще страшнее: Дальва была дотла сожжена вместе со всеми ее жителями.

…Вскоре в эти места пришла Советская Армия, отбросив вражеские соединения на запад. Напуганные люди потихоньку выходили из леса. На пепелище возле бани собрались все, кто выжил, и стали рыть могилу для сожженных партизан. Чтобы родственники опознали погибших, люди оставляли возле каждой могилы обгоревшую одежду (на некоторых партизанах она сохранилась). Среди трупов обнаружили и Марию. В деревню Ручье потянулись жители окрестных деревень, чтобы по одежде опознать своих. Опознали всех, кроме Марии…

Уже после войны Мильчанским сельским Советом был установлен памятник в честь погибших партизан. На граните выведены фамилии защитников Родины: Петр Аксючиц – 51 год, Владимир Клус – 45 лет, Владимир Аксючиц – 42 года, Константин Кизино – 32 года, Василий Лобань – 30 лет. Шестая в этом списке – неизвестная партизанка Мария.

– Пусть люди помнят, что они погибли как герои, – сказал Михаил Евгеньевич Цегалко. – Я об этих событиях рассказывал многим. Хочу рассказать и жодинцам – ведь многие из них выходцы из тех деревень. Пусть и они помнят о своих земляках.

Лилия АЛЕХНОВИЧ

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here